Иркутск — Москва
О иркутском прецеденте, оказавшемся в центре внимания всей отрасли, писали неоднократно (раз, два, три и т.д.).
Но есть еще один аспект. Почему иркутская администрация так упорно продолжает оспаривать решение суда по торгам годичной давности? Ведь почти все места, вокруг которых идёт спор, уже разыграны. Большую часть выиграл Russ. В результате его жесткой рубки c Дизайнмастером, РИМ и местными операторами итоговые цены аукциона превысили стартовые в десятки, на некоторые лоты в 50(!) раз. Иркутск заработал очень и очень хорошие деньги. К которым бы не приблизился даже близко, если бы разыграл всю цифровую наружку одним лотом, ограничив число участников и конкуренцию.
Провернуть фарш обратно и провести повторный аукцион на уже разыгранные конструкции не получится. Так ради чего весь сыр-бор? В чем профит местных властей продолжать уже совершенно бессмысленную для них тяжбу?
Конспирологическая, но очень красивая версия наших читателей. За спиной иркутских чиновников стоят те, в чьих интересах они и пытались разыграть всю цифровую наружку города одним лотом. Судебный запрет на создание сверхкрупных лотов создает ненужную конкуренцию. И в преддверии московских аукционов, на которых в следующем году будет разыграна почти половина рынка наружной рекламы России, исход этого спора становится крайне важен. Не потому ли так тянет с новой схемой размещения, объявлением дат аукционов и нарезкой их лотов столичная мэрия? Ждет судебного решения по кассации 5 декабря?
Версия, повторимся, конспирологическая. Но она прекрасно иллюстрирует, на сколько сильно после истории с Избранным раскололся и поляризовался российский ООН. И какое тотальное недоверие к чиновничеству сформировалось у одной из его половин.
